Аутизм детский сад

Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Начальная школа- детский сад №35» города


Как помочь аутичному ребенку лучше адаптироваться в детском саду

МОУ начальная школа – сад компенсирующего вида № 35

Выступление на семинаре “Вопросы взаимодействия учителя – дефектолога и воспитателей группы КРО”

Тема : «Как помочь аутичному дошкольнику лучше адаптироваться в детском саду?»

Ранний детский аутизм – это отклонение в психологическом развитии ребенка, главным проявлением которого является нарушение общения ребенка с окружающим миром. Причины возникновения аутизма в настоящее время до конца не исследованы. Большинство авторов относят к ним нарушение внутриутробного развития и истощающее болезни раннего детства. У аутичных детей чаще обычного наблюдаются мозговые дисфункции, проявляются нарушения биохимического обмена. Аутизм нередко сочетается с другими психическими расстройствами.

Внешние проявления синдрома детского аутизма следующие:

· предельное одиночество ребенка, снижение способности к установлению эмоционального контакта, коммуникации. Характерные трудности установления глазного контакта.

· стереотипность в поведении, связанная с напряженным стремлением сохранить постоянные, привычные условия жизни; сопротивление малейшим изменениям в обстановке; поглощенность однообразными действиями – моторными и речевыми: раскачивание, потряхивание руками.

· особая характерная задержка и нарушение развитие речи, прежде всего ее

За длительное время работы с такими детьми мы пользуемся определенными психологическими установками:

· доброжелательность . Агрессия взрослых – препятствие на пути к установлению положительного контакта.

· целеустремленность .Только ежедневное обучение позволит ребенку осваивать новые умения.

· терпимость по отношению к ребенку. Длительная работа и большие усилия взрослых приведут к положительным изменениям в развитии.

· внимательность и оптимистичность. Важно замечать каждый шаг ребенка.

· стремление поддержать ребенка в трудной ситуации.

· готовность поощрять ребенка каждый раз, когда он делает попытку выполнить задание, даже если она не очень успешна.

· требовательность взрослых в процессе обучения и повседневной жизни.

· Нельзя позволять ребенку управлять собой.

Большую часть времени ребенок, посещающий образовательное учреждение, находится с дефектологом и воспитателем. Поэтому роль воспитателя и дефектолога в формировании навыков общения аутичного ребенка со взрослыми и сверстниками особо важна. Чтобы по – настоящему помочь ребенку, надо верить, что все мы занимаемся далеко не безнадежным делом. Нам не добиться снятия диагноза , но мы можем сделать многое : понять ребенка , принять его таким, какой он есть и, учитывая его особенности, помочь приспособиться к миру.

Адаптация аутичного ребенка к детскому саду – процесс долгий и постепенный , требующий согласованных действий близких и персонала ДОУ. Такой ребенок требует дополнительного внимания , которое может проявляться, в частности , в следующем:

Во – первых, необходимо помогать ребенку, понять смысл всего, что происходит в группе , поэтому следует комментировать для него все происходящее и намечаемые действия ( «Сейчас все собираются на музыкальное занятие , и ты тоже пойдешь на него ; потом будем одеваться на прогулку, а когда вернемся – будем обедать»).

Во –вторых, надо помогать аутичному ребенку налаживать контакт с другими детьми: стараться вовлекать в общие игры, предотвращать возможные агрессивные и неадекватные действия. При этом важно не просто пресекать недопустимые поведенческие проявления , но и, сохраняя доброжелательность, обучать ребенка более «правильным», социально приемлемым способам взаимодействия со сверстниками («Подожди, отбирать игрушку без спроса нельзя.» Надо попросить : «дай поиграть»). Предлагаемая ребенку речевая формула должна зависеть от уровня его речевых возможностей. Передавая по окончании дня ребенка родителям, нужно «вместе» с ним кратко перебрать произошедшие за день события , рассказывая родителям, «как мы все жили сегодня».

Конечно, такие меры требуют от сотрудников детского сада большого терпения и дополнительных усилий, но они помогают организовать поведение аутичного ребенка, сделать его более упорядоченным.

Прежде чем начать разговор о коррекционной работе, необходимо уточнить: в нашей практике дети “ с классическим аутизмом” встречаются редко, чаще встречаются дети с аутистическим поведением.

Ребенок замкнут, большую часть времени проводит сам с собой, не демонстрируя какого – либо интереса ни к чему, кроме предметов, задействованных в стереотипной игре. Склонен к жестко заданным маршрутам , устраивает истерику, если вы что – то делаете не так, как он хочет, крайне неохотно идет на что – либо новое . часто совершает какие- то движения руками, при этом глаза смотрят совсем в другую сторону; избегает обычных телесных прикосновений или как будто игнорирует их. Избегает контакта глазами, с трудом на чем — нибудь концентрирует внимание или , наоборот, целиком уходит в какую-то игру, так что невозможно ни дозваться, ни отвлечь. Поскольку в арсенале педагога, к сожалению, почти нет специальных разработок по выявлению аутичных детей, то лучшим помощником в такой работе будет личный опыт общения с детьми, терпение и умение наблюдать.

Понаблюдайте за ребенком в течении нескольких дней. Сначала понаблюдайте пассивно и незаметно , сведя к минимуму перемещения по комнате. Каждый следующий раз садитесь на то же место и лучше в той же одежде.

После пассивного наблюдения попытайтесь стать более активным наблюдателем. Обратите внимание на характер траектории и ритм перемещения малыша по комнате, посмотрите, какие предметы его притягивают; одинаково ли негативно он реагирует на прикосновения к разным частям тела; нравится ли ему стишки, песенки; любит ли он, когда его щекочут, подкидывают вверх или раскачивают над полом.

Оцените, одинаково ли смотрит ребенок на вас с разного расстояния и в разных позах. Имейте в виду, что многие дети избегают контакта глазами.

Не следует ожидать от ребенка радостных возгласов и выражения (даже бессловесного) просьбы продолжить те ваши действия, которые вызвали у него реакцию заинтересованности. Возможно , он на несколько секунд что – то изменит в своем поведении – бросит на вас взгляд , или просто приостановит стереотипную игру, или как-то зазвучит (лепетно ли, словами ли). Все, что не вызвало сразу резко негативной реакции, например, крика или плача, может стать мостиком к ребенку.

В каждое следующее занятие можно включать все больше и больше нашей активности. Конечно, первое наше взаимодействие с ребенком может длиться очень недолго, буквально 3 секунды, после чего вы, возможно, его «отпустите» и больше к нему не приблизитесь в течении 15 минут- просто будете сидеть на прежнем месте . но постепенно время активного контакта увеличится, да и само занятие со временем станет дольше. Как правило, первые несколько занятий приходится чередовать очень тесный контакт с прямым взглядом в глаза и перерывами во взаимодействии.

Когда ребенок станет допускать наше присутствие поблизости , пробуем просто перемещаться за ним в его ритме или рядом, комментируя все , что он делает радостно, но не очень громко. Пока избегайте прямого взгляда в глаза. С некоторыми детьми какое-то время приходиться перемещаться , молча, пока мы не увидим, что ребенок уже не переутомляется от нашего присутствия, не убегает при нашем приближении. Если контакт с ребенком по каким- то причинам нарушился , начинайте сначала – садитесь на прежнее место и наблюдайте, пока ребенок снова не перестанет вас бояться. Как правило, нарушенный контакт восстановить легче, чем построить его впервые.

Теперь мы знаем что привлекает ребенка. Учитывая это, рассмотрим самые частые варианты дальнейшего развития событий. Следующие виды взаимодействия могут использоваться как по отдельности (если какой-то из вариантов ребенок пока не допускает), так и одновременно в течении одного занятия. Но помните что у ребенка с расстройствами аутистического спектра (РАС) обязательно должен быть отдых от взаимодействия, причем первое время периоды такого отдыха могут преобладать.

Если мы заметили, что ребенок предпочитает гладить предметы, стучать ими и слушать их звук, или любит играть с водой или песком, или смотрит на блики и тени, — все это можно использовать для установления более прочного и устойчивого взаимодействия. Попробуйте присоединиться к нему, радостно, но не очень громко комментируя. Вы можете вместе играть в песке: пересыпать, просеивать, подбрасывать и т.д. Как и любое взаимодействие с ребенком, в том числе и обычным , наши действия должны быть эмоционально насыщенными , живыми , даже несколько утрированными – как с малышом 1-2 лет. Так, можно регулярно с улыбкой обращаться к ребенку, стимулируя его разделить наши эмоции: «Как здорово, какой приятный, теплый песочек».

Прекрасно проходят и всевозможные игры с водой: от простых переливаний и разбрызгивания до окрашивания воды в прозрачных бутылочках. Можно пускать мыльные пузыри, весело приговаривая при этом что –то ритмичное (например: «Дуйся, дуйся, пузырь, раздувайся большой , да не лопайся»).

Хороший материал для сенсорных игр с маленьким ребенком – крупа. Можно зарывать мелкие предметы или ладони в манку или рис, а потом отыскивать их. Можно положить в тазик с манкой 5-10 игрушек одного вида. Потом к ним добавляются 5-10 игрушек другого вида. Их достают и кладут в разные мисочки. При этом игра не должна пресыщать, поэтому количество игрушек и время игры увеличивается постепенно.

Если ребенок крутиться вокруг оси – можно крутиться вместе с ним, сначала молча , затем что –нибудь ритмично приговаривая : «Я юла, юла, юла; я кручусь , кручусь, кручусь».Потом принесите юлу и раскрутите ее, приговаривая все тот же стишок. Если малыш что –то мычит или напевает, тихонько делайте то же самое . сначала копируйте его звуки максимально точно, а если это не вызвало негативной реакции, попытайтесь слегка разнообразить , например спойте какую-нибудь другую, но точно известную ребенку детскую песенку.

Пытайтесь отстучать простой ритм: если он присоединится к вам- продолжайте вместе, а если нет- стучите снова негромко, сопровождая ритм коротким детским стишком или напевая песенку под этот ритм. Внимательно отслеживайте реакцию. Все , что не вызывает негативной реакции, в дальнейшем можно использовать на занятиях, а также в острых ситуациях, когда ребенок не справляется с аффектом, а выйти из травмирующей ситуации по каким – то причинам вы не можете.

Основное в таких играх – разделенное переживание. С одной стороны, оно является способом установления контакта, а с другой – становиться основой взаимодействия и создает базу для возникновения разделенного внимания, вокруг которого строится вся остальная деятельность.

Присоединение к стереотипным играм

Если ребенок избегает сенсорных игр, не любит пачкать руки, но допускает игры с предметами – это также можно использовать для взаимодействия. Здесь наша задача – попытаться расширить его игру. Можно попытаться сесть рядом и из своих, незначимых для ребенка игрушек (например, если он складывает только продолговатые предметы , то вы берете кубики или картинки) складывать точно такие же ряды и пространственные структуры. Наша задача – привлечь внимание ребенка к себе, заинтересовать его. Но на этих « бессмысленных» играх надолго лучше не останавливаться. Через пару занятий добавьте к своему ряду какой – нибудь примитивный сюжет. Например, можно посадить ряд игрушек друг за другом и, приговаривая :» Едет поезд, едет поезд, чух-чух-чух!», аккуратно передвигать ряд по полу. Или: «Змея ползет – ш-ш-ш» и т.д. сначала вы сидите на некотором отдалении от ребенка, затем – едва соприкасаетесь с ним ногой или рукой, но с каждым разом пробуйте увеличивать время и площадь соприкосновения.

При этом игра становиться все более эмоционально насыщенной , вы можете постоянно обращаться к ребенку с «призывом» разделить радость : «Вот это паровоз! Смотри, как он с горки съехал. А на нем мишка едет. Куда же он едет? Наверное, в гости к Зайцу…». Имейте ввиду, что невозможно заинтересовать ребенка игрой, если вы сами не почувствуете удовольствие от нее.

Обратите внимание: перед нами не стоит задача убрать стереотипную игру- наоборот, она поможет установить контакт с ребенком, со временем можно расширять этот стереотип, внося в него дополнения и смысл. По мере того, как у ребенка появятся другие виды деятельности , стереотипная игра станет мягче. Аутичные дети видят смысл какой – либо деятельности только тогда, когда она четко заранее запрограммирована: дети должны знать , что делать в первую очередь, какую последовательность действий совершать, как закончить. Например, во время физкультуры им непонятно, зачем и как долго бегать по кругу . но их деятельность будет более осмысленной, если в зале на полу разложить несколько игрушек и дать ребенку конкретное задание : каждый раз, пробегая мимо игрушек, брать одну из них и бросать в корзину. Когда все предметы будут собраны, перейти с бега на шаг, и, пройдя еще один круг, сесть на скамейку. Таким образом, ребенок будет видеть план своих действий и станет более спокойным. Подобной осмысленности необходимо добавиться при выполнений любого задания. Ребенок всегда должен знать, зачем он будет выполнять то или иное действие. С этой целью в помещении, где находится аутичный ребенок, можно разместить так называемые пооперационные карты, на которых в виде символов обозначена четкая последовательность действий. Так, схему, отражающую в нужную последовательность действий ребенка при сборах на прогулку, можно нарисовать на шкафчике.

Образцами подобных карт являются, к примеру, инструкции по сбору игрушек из серии “Киндер- сюрприз”

Аутичные дети с удовольствием складывают мозаики и головоломки. Они доступны и понятны им. Работая по схеме, дети видят конечный результат, которого надо достичь.

Дети с нарушениями в общении любят заниматься коллекционированием, по этому их можно и нужно привлекать к работе по сортировке предметов. Они могут стать неоценимыми помощниками воспитателя, в тех случаях, когда нужно, например, разложить карандаши по цвету, кубики по размеру, вырезанные шаблоны по форме. В школе можно привлекать таких детей к созданию и сортировке гербариев, коллекций камней, ракушек, фотографий. Они неплохо справляются с ведением ежедневных записей – наблюдений за животными в живом уголке ( но не на первых стадиях работы).

Аутичный ребенок плохо осознает свое тело . У него может быть нарушена пространственная ориентация. Поэтому полезно разместить в групповой комнате несколько зеркал на уровне глаз ребенка .Время от времени воспитатель или учитель может привлекать внимание ребенка к его отражению. Этот прием дает положительные результаты.

Каждая встреча с аутичным ребенком поистине уникальна. Но, зная общие закономерности развития детей- аутистов и имея в копилке «набор» приемов для работы с ними, всегда можно подобрать ключик к ним, даже в самых сложных и непредсказуемых случаях.

высшей категории Брендель Г.И.

1. 1. Победить аутизм. Метод семьи Кауфман. Сост. Холмогорова Н.Л. – М.:ЦЛП.-2005

2. 2. Аутичный ребенок: пути помощи. Никольская О.С., Баенская Е.ОР., Либлинг М.М. – М.: Теревиноф.- 1997

sad-zolushka.edusite.ru

По ту сторону разума. Ребёнка-аутиста выживают из детского сада

Взрослые люди, кажется, разучаются жить вместе. Любить и терпеть. И только дети — совсем ещё без шкурки, душа нараспах. Не боятся соседства.

И ИСТОРИЯ, разворачивающаяся сейчас в городе Кропоткине, на самом деле не местечковый инцидент. Она как раз об этом, о главном.

НЕДАВНО во время прогулки 27 воспитанников старшей группы «Ласточка» вместе с воспитателем наблюдали, как поднимается ветер. Сначала зашелестели верхушки крон, потом закачались нижние ветки. Над городом Кропоткином собиралась буря.

В это время 28-й воспитанник, пятилетний Егор Федулов, оторвался от плотно сбитой кучки в подвязанных бантом шапочках, залез на самую верхотуру игровой лесенки и опасно завис над «Ласточкой» на одной руке.

«Так, скоро у нас воцарится анархия! Воспитатель уже покусан!» — восклицала потом заведующая детским садом и ставила вопрос ребром: как спастись от Егора Федулова?

«Человек дождя»

ВООБЩЕ-ТО это, конечно, секрет. Врачебная тайна. Аллина боль. Она сама вся — худенькая, тридцатилетняя, одинокая -сжалась, как перед ударной волной. Дрожит чашка чая в руках, дрожит сигарета, нижнее веко. Но теперь, как явствует из документов, «конфликтная ситуация в детском саду «Тополёк» вышла за рамки детского сада», и Аллино горе — у всех на виду. Два года назад выяснилось, что её Егор — аутист. Как «человек дождя». Или просто как её сын, Егорка Федулов. Который почти не разговаривает, а если и откроет рот, то для того, чтобы до мозолей на языке бубнить: «Машина «Форд», телевизор «Сони», телефон «Панасоник», машина «Форд», телевизор «Сони», телефон. » Говорит о себе в третьем лице (правда, речь эту разбирает только мама): «Егор идёт в сад», «Егор идёт домой» или «Егор заряжается» — протянув руку к розетке, как зарядник от телефона. «Любит висеть на лесенке или лежать в песке (от 30 минут до 1 часа), в группе сидеть или лежать на ковре, держа в руке кубик или машинку (до 1 часа) и ни на что не реагировать» — как сообщает характеристика из детского сада. Или гулять, спать, есть, не выпуская из рук носового платка, и играть тоже с ним, как с лучшим другом.

Аутисты — люди, живущие сами с собой. По ту сторону нормы, как в зазерка-лье. Как будто это не Егор, а его отражение в воде. И эту реку, отделяющую его от тех, кто по эту сторону, на берегу, — не переплыть и не перейти вброд.

Разве что осушить немного любовью.

Вот такой вот нехитрый секрет — Егора и Аллы. Который, как поднимающийся ветер, закрутил в воронку маму, сына, «Ласточку» и Кропоткинский отдел образования. На собрании Алле было зачитано письмо за подписью родителей 27 воспитанников: Егор Федулов создаёт опасность для самого себя и окружающих. Спасите от Егора Федулова!

— Он ударил моего мальчика кубиком в бровь!

— Мою Лерочку он целует и обнимает!

— Мой сын не понимает, что Егор говорит, и это вызывает в нём чувство агрессии и желание ударить Егора!

— Егор вышел из туалета со спущенными штанами. Какой пример будут брать с него наши дети?

Это голоса, записанные Аллой на диктофон на том родительском собрании, которое она, заклеванная, просидела, вжав голову в плечи. Её душила вина. Её, маму необычного сына, отданного в обычный сад. Она-то, наивная, надеялась, что сын будет расти среди цветов жизни, а не засохнет в четырёх стенах дома, как дикий побег. И именно её душила вина! У Аллы, мамы Егора, похоже, тоже совсем нет защитной плёнки по верху души.

Егор из зазеркалья

— МЫ ему даже вилку на обед не даём! Боимся!

А это уже голоса воспитателей.

— Мы вынуждены смотреть за одним ребёнком, в то время как 27 — без присмотра! Не хотим в тюрьму!

— Он выпустил попугая Агушу из клетки, ловили его потом всем детским садом! А недавно сам убежал через дырку в заборе!

— А утренник? Как он сорвал утренник! Все дети пели песенку, а Егор выскочил на сцену и начал читать стихи! А вы ведь знаете, как он читает стихи — ни слова не разобрать! А ведь мы готовили программу! Учили песни! И всё насмарку!

— И пишите, пишите обязательно: на 28 детей у нас приходится полтора воспитателя и одна няня с зарплатой 1780 рублей! — это мне уже диктует заведующая детским садом, явно обескураженная тем, что конфликт вышел не только за пределы детского сада, но и дошёл до Москвы.

— И как мы такими силами будем с ним справляться? Его нужно в коррекционную группу, которых в Кропоткине нет. Это же человек без чувства страха! Как он завис на лесенке на одной руке, а?! Я уже заходить боюсь в их группу! Он же живёт в своём собственном мире — а кто его знает, что у него там?

А у него там просто свой личный «Тополёк», свой личный Кропоткин, своя личная мама, Агуша и Лерочка. В этот мир почти нельзя достучаться, и сам из него он редко выходит -иногда высовывает нос, как лисёнок из норки, когда видит чипсы или маму, машущую от порога раздевалки.

— В этом-то болезнь и заключается: он не ощущает социальных связей, взаимоотношений между людьми.

Зато их очень хорошо ощущают взрослые. В детском саду маме дали понять, что Егору Федуло-ву не место среди обычных

детей. Максимум три часа занятий с педагогами — и обратно домой. Ни детей, ни утренников, ни воспитателей. Замуровать, обрубить тонкие ниточки, тянущиеся к людям. К Лерочке, к усталой воспитательнице. Обрезать живую веточку на корню. Чтобы нормальные дети случайно не взяли пример.

И тогда Егор потонет в этом потоке, что уносит его от людей во внутренний мир. Просто потонет.

Полёт «Ласточки»

ПО ЗАКОНАМ «Об образовании» и «Социальная защита инвалидов в РФ» дошкольное образование доступно всем. А те, кому недоступно, выкручиваются, как могут. Как говорит Алла, другие такие родители договариваются с детскими садами за деньги. Как говорит заведующая: сами перестают водить детей в детский сад и держат их дома. Только Алла это говорит дрожащими губами, задыхаясь от чувства вины за то, что её сын не такой, как все, а она его любит — как лучшего на свете. А заведующая, пристально разглядывая мою красную журналистскую корочку и гневно крутя телефонный диск, чтобы выйти на городское начальство: «Проблема уже за пределами «Тополька»!»

Это точно. Как сильный ветер, поднявшийся в городе Кропоткине, она закрутилась в вихре. И в центре его несётся в будущее группа «Ласточка». А ведь из этих «ласточек» через 20 лет вырастут взрослые птицы.

— Мы не хотим исключать Егора из детского сада, — говорит Татьяна Блиняе-ва из отдела образования. -Мы хотим научиться с этим жить. Ведь наш психоневролог говорит, что таких детей становится всё больше и больше.

. Когда Алла от порожка раздевалки окликнула Егора, сидящего в кружке детей и слушающего сказку, воспитательница попросила его отнести на место маленький стульчик. Стульчик пошёл как-то боком, Егор тоже. От круга отделился один воспитанник группы «Ласточка», молча взял из рук Егора сопротивляющийся стул и аккуратно донёс до места.

Жаль, что я не спросила, как его имя.

Мне кажется, он уже «научился с этим жить». Или просто у него ещё не зачерствела корка на новорождённой душе.

www.aif.ru

Аутизм у детей: что это? Детский сад и школа глазами мамы

Интервью с основательницей частного детского сада Kids’ Estate

Основательница частного детского сада Kids’ Estate Елена Игнатьева на своем опыте знает всё не только о дошкольном образовании, и не только о том, как строить бизнес, но и о том, как вырастить ребенка-аутиста. Ее старшему сыну диагноз был поставлен в 3 года, а сейчас статному красавцу Дане уже 15. Как изменилась жизнь мамы после постановки диагноза, что происходило в жизни других мам таких же детей за эти годы и насколько развито у нас инклюзивное образование?

В 2003 году Елена Игнатьева вместе с подругой Юлией Зелигман открыли детский клуб, потом группы неполного дня превратились в полноценный детский сад Kids’ Estate. Сейчас сад в Гранатном переулке состоит из 6 разных групп, преподавание ведется и на русском, и на английском языках. Детей всесторонне готовят к поступлению в российские или западные школы преподаватели-носители языка, поэтому в садике часто учатся дети экспатов. Конечно, кроме уроков, есть и игры, и прогулки, и театральные спектакли для родителей. Например, в прошлом году мюзикл Snowman at sunset победил в международном конкурсе детских театральных коллективов «Чудесное яблоко», а детский сад «Kids’Estate» вошел в сотню лучших дошкольных образовательных учреждений России.

«Детский сад — это детище коллективное, ему уже 11 лет, — говорит Елена. — Мы не боимся кризисов, сколько их уже пережили! С первого дня, создавая клуб, где можно было оставить детей на несколько часов в день, декларировали: «Мы любим всех, мы принимаем всех». Да, мы брали, скажем так, неудобных, «педагогически запущенных» детей, от которых отказывались другие садики. Хотя по прошествии лет мы понимаем, что часто «педагогическая запущенность», на самом деле, обусловлена физиологическими проблемами, в том числе, так называемыми, минимальными мозговыми дисфункциями (ММД), особенностями внутриутробного периода, родов, первого года жизни.

В этом году к нам пришел 6-летний мальчик. Воспитатели сначала совсем не понимали, что с ним делать, и в ежедневной работе не могли обойтись без постоянной поддержки психолога. Когда мальчика посмотрела нейропсихолог, то она сразу определила, что у него не сформированы отделы мозга, отвечающие за самоконтроль. В этом году мы подключили нейропсихолога к команде наших специалистов, психолога, логопедов-дефектологов, и работа с детьми с особыми нуждами пошла эффективнее.

Когда ты ориентирован на конкретные нужды конкретного ребенка, и используешь современные ресурсы, которых сейчас немало, это позволяет очень многого добиться. Это, по сути, и есть инклюзивное образование, о котором так много говорится. Вопрос: возможно ли она в массовых школах, и больших детских садах? При отсутствии специалистов, тьюторов, социальных педагогов — маловероятно.

В прошлом году в июне я приняла участие в работе конференции «Аутизм: пути выхода». Организатором конференции выступал фонд «ВЫХОД», созданный Авдотьей Смирновой. Основная задача, которую ставит перед собой фонд — информационная. Он знакомит общество с проблемами аутизма, помогает семьям, имеющим ребенка-аутиста. Большая работа ведется не только с обществом, но и с законодателями. На конференции было много официальных лиц, и министр образования Ливанов, и представители Минздрава России. С трибун говорили, что много всего сделано для развития инклюзивного образования, но я подписана на разные группы, новости, и там обычные люди пишут совсем другое. К сожалению, реалии таковы, что расходы на тьюторов, сопровождающих ребенка в школе, сокращаются. А без этого инклюзивное образование для многих становится утопией, ведь далеко не все родители, имея ребенка-инвалида, способны нести еще и эти расходы.

Ранний детский аутизм: а что дальше?

Когда нам в три с небольшим года ставили диагноз ранний детский аутизм 2 степени (первая — самая тяжелая из четырех), я с надеждой умоляла комиссию: «Может, это все-таки не аутизм? Может, это аутистическое поведение? Или что-то еще, не такое страшное?» Не могла поверить, что все это про моего мальчика. Но комиссия была непреклонна.

Мы попали, точнее пробились, в Центр коррекционной педагогики, (сейчас называется Институт коррекционной педагогики — прим. ред.) в лабораторию Ольги Сергеевны Никольской. Она, известный врач-психиатр, методолог теории аутизма в России, разработчик многих коррекционных методик. Там была жуткая очередь длиною в пару лет. А какая может быть очередь, если ребенку 3 года, он говорит на себя «ты» либо в третьем лице, у него активная эхолалия, постоянные аутостимуляции? А это тот самый возраст, когда можно очень-очень много сделать в плане коррекционной работы. Тогда я открыла в себе способность «раздвигать стены», добиваться цели, несмотря ни на какие препятствия — нас взяли в лабораторию к Никольской почти сразу. К четырем годам Даня, благодаря работе психолога, впервые сказал о себе «я». И мне казалось, что теперь мы в надежных руках и дальше все будет только лучше и лучше. Проходили туда полгода, а потом случайно попали на елку детей-аутистов, которым было лет десять. Я была в шоке, увидев практически маленьких роботов: «И это результат многолетней работы?». Нет, я совсем не была готова видеть своего сына таким через шесть лет.

Пошли, как говорится, своим путем. В 4 года сняла сына с медикаментозной терапии — естественно, от врачей ничего хорошего не услышала. Мы переехали жить за город. Я замкнулась, занималась только сыном и своим детским садом. Понимания от окружающих было мало, а жалости мне не хотелось. Я сама себя изолировала. Был ребенок и была я. И еще постоянно работающий папа, которому, конечно, было очень тяжело принять происходящее. Но, как сказала мне специалист, которая занималась с моим сыном, то, что папа с нами и оплачивает все эти занятия, уже прекрасно. Зачастую, когда рождается ребенок с проблемами, папы уходят из семьи.

В то время, в начале 2000-х, была еще сильно распространена теория «синдрома холодной матери» — когда все причины нестандартного поведения ребенка, его психологические и психические проблемы объясняются, грубо говоря, недостатком материнской любви. Безусловно, что-то в этой теории есть, но надо понимать, как губительна безапелляционность некоторых людей! Многие годы спустя, Данин врач-психиатр сказала те самые слова, которые в самом начале пути очень бы могли поддержать: «Лена, такие чуткие и самоотверженные мамы, как вы, редко встречаются!» А тогда я чувствовала себя одновременно и жертвой, и виновницей всего.

Я буквально билась головой о стенку: за что мне это, такой умнице-отличнице? Ведь все всегда было легко и прекрасно, и вдруг такая неудача, так споткнулась! Одной из причин для самобичевания было то, что старший сын— «кесаренок», хотя операция делалась по медицинским показаниям. Поэтому второго ребенка в 37 лет фанатично рожала сама. И только благодаря младшему сыну избавилась от чувства вины.

Понимание того, что причины аутизма кроются не в материнском поведении, а обусловлены генетически, очень сильно облегчают долю матерей — и это, безусловно, прогресс медицинской науки.

Мне часто кажется, что люди со здоровыми детьми не в состоянии понять родителей больного ребенка. Тем более, что физически, если не вдаваться в поведенческие проблемы, ребенок-аутист выглядит здоровым. То есть ребенка с синдромом Дауна или ДЦП сразу видно, а аутисты производят впечатление здоровых, но невоспитанных, сильно избалованных, холодных, эгоистичных детей. Представьте, как родителям тяжело в обществе! Ведь не будешь каждому объяснять, что с твоим ребенком не так, часто проблема просто не афишируется.

В результате отсекается прежний круг общения: ты не можешь прийти к семейным друзьям, потому что твой ребенок не может играть с их детьми, не может переносить шум, свет, толпу людей. А общаться только с больными детьми очень тяжко. Часто даже общение с родственниками разлаживается по тем же причинам непонимания и неприятия происходящего.

Поэтому я всегда убеждаю своих сотрудников: никогда не осуждайте маму больного ребенка — даже если вам кажется, что она не очень хорошо ухаживает за ребенком, даже если она вдруг срывается на крик. Потому что это тяжелая доля: ты никогда не узнаешь, что ей приходится испытывать каждый день, какие силы она на это тратит, какая боль у нее в душе!

Садик стал для меня колоссальной отдушиной: я тратила много души, времени и сил на свое дело, и это помогало. И еще со временем я поняла, что надо задавать себе вопрос не «За что?», а «Для чего мне даны эти испытания?» Найдешь ответ — значит все не зря. Мой ответ звучал так: чтобы научиться любить. Стать добрее, терпимее. Перестать быть перфекционисткой, не ждать от людей совершенства.

Коррекционные занятия и социализация детей: что можно сделать

Очень много можно сделать, если рано начинаешь действовать. К счастью, за последние 10 лет очень сильно возросли возможности ранней диагностики детей с РАС (расстройства аутистического спектра).

После ухода из Института коррекционной педагогики мы продолжали с Даней заниматься иппотерапией в центре «Живая нить». Занимались сюжетным рисованием, лечебной эвритмией, музыкальной терапией, пытались ходить в вальфдорфский детский сад. Судьба все время сталкивала меня с замечательными людьми, которые очень много сделали для моего ребенка и, конечно, для меня. У педагога, который занимался с Даней сюжетным рисованием, Евгения Олеговича Архиреева, например, был сын, который несмотря на диагноз «олигофрения», поставленный в детстве, в тот момент учился на втором курсе МАРХИ. Потому что художник, и его жена, прекрасный массажист, сделали помощь своему ребенку целью всей жизни — а потом стали помогать и другим детям. Даня занимался у него три года, вместе мы вытаскивали сына из его раковины в большой мир. Когда сыну было 6 лет, я увлекалась антропософией, и в этой среде встретила «своего» врача: она — выдающийся психиатр, и вместе мы добились больших успехов.

Давно слышала про студию «Круг», в которой проводятся, занятия для детей с ограниченными возможностями, с аутистами в том числе. А еще есть «Круг-II» — это интегрированный театр-студия, в котором может играть любой человек. Мы ходили на их спектакли со старшим сыном, а потом он несколько месяцев пробовал заниматься там. Это была его идея, он очень хотел увидеть других людей с похожими проблемами.

Сейчас есть и различные социальные центры, которые занимаются с детьми с ограниченными возможностями. Там работают удивительные люди, верящие в то, что делают, полные вдохновения и энтузиазма. Хорошо, что сейчас эти центры взаимодействуют с международными организациями, что помогает не только получать в современный опыт, но и финансирование. И в России стали создаваться такие фонды. Наиболее известный пример — фонд «Обнаженные сердца» Натальи Водяновой. Есть регионы, например, Воронежская область, где помощь семьям с аутистами становится государственной программой. А значит, появляется не только системность — от ранней диагностики до реальной инклюзии в школах — но и средства.

Сейчас аутизм стал модным диагнозом, которым пытаются объяснить различные проблемы. Хочется верить, что изменения происходят на уровне обычных людей. Но факт остается фактом, нам по-прежнему трудно видеть в компании других детей ребенка, не похожего на всех. Мы можем жалеть его и его родителей, но все равно нам часто не хватает терпения и понимания. Мы способны увидеть проблему, только когда она касается нас лично.

Школа: образование для ребенка-аутиста. Инклюзивное образование

Мозг маленького ребенка через органы чувств из множества источников получает информацию, которая потом удивительным образом складывается в целостную картину мира. Так вот у ребенка-аутиста мозг не способен интегрировать полученную информацию и единой картины мира не получается. Именно поэтому, одним из символов аутизма стал рассыпанный пазл. Человеку-аутисту требуется гораздо больше сил и ресурсов, чтобы обработать полученную информацию, из-за чего его мозг колоссально перегружается.

Отсюда, с одной стороны, отрешенность, а с другой — эмоциональная истощаемость, срывы, истерики, аутостимуляции. Ну, и конечно, отставание в эмоциональном, а часто и интеллектуальном, развитии, наивность. Понимание сути очень помогает. Я совершенно точно знаю, что моя задача как мамы — оградить сына от перегрузок. Это постоянно я доношу в школе учителям, которые, работают с моим сыном, и счастье, что они меня слышат!

Я искала для сына частную школу с маленькими классами, понимая, что большом классе ребенка ждут чрезмерные перегрузки, поэтому в первую очередь рассматривала частные школы. Но ни в шесть, ни в семь лет в школы нас брать, конечно, не хотели. (Недавно на сайте обсуждалась эта тема — прим. ред). Во время собеседования в одной частной школе известный ныне профессор-нейропсихолог (не буду называть его имени) сказал мне: «Вы же понимаете, что у вас необучаемый ребенок?» Я ответила ему, помню, что в том момент очень спокойно: «Ну вы же тоже должны понимать, что не имеете права мне, матери, говорить подобные вещи». Знали бы вы, как дается такое спокойствие! Сколько слез было впоследствии и сколько решимости дал мне этот его ответ.

Нас взяли в частную школу «Золотое сечение» при условии, что с ребенком на всех уроках вместо тьютора буду сидеть я. Я год сидела с Даней в школе на уроках — конечно, мы посещали только базовые предметы. Через полгода постепенно стала оставлять его одного, уходила из класса, больше проводила времени в коридоре. Второй год сын стал учиться без меня. Потом я уже родила младшего, а Даня начал оставаться на продленке, посещать некоторые кружки. Хочется в сотый раз передать низкий поклон всем учителям, работавшим в этой школе с моим сыном, прежде всего Карташовой Анастасии Юрьевне и Беловой Эльвире Владимировне и, конечно, директору Елене Яковлевне Гвирцман! Без их смелости, мужества, терпения, профессионального любопытства и азарта и, конечно, любви, ничего бы у нас не получилось.

Дети-аутисты: что изменилось за последние годы

Сейчас больше понимания со стороны специалистов, больше фондов, больше людей, которые готовы нести знания — и больше людей, готовых их воспринять. И, конечно, родительские сообщества — виртуальные и реальные — помогают мамам сориентироваться в заданных обстоятельствах.

Что-то потихоньку сдвигается и со стороны властных структур. Раньше у официальной медицины был диагноз «ранний детский аутизм». Ребенок вырастает, и дальше — все, нет диагноза, в лучшем случае (хотя, конечно, это не лучше!) ставили «шизофрению». Но ведь проблема не рассасывается! Сейчас РАС — «расстройство аутистического спектра» — диагноз пожизненный, это уже много значит.

Поскольку мой сын растет, перед нами встают новые задачи: адаптация в обществе после совершеннолетия, трудоустройства. Мне кажется, что эти вопросы должны решаться на уровне государственных программ, а сейчас нет понимания, что этим людям, даже когда они вырастают, нужны особые условия. А ведь очень многие мамы задают себе вопрос: «Что будет с моим взрослым ребенком, когда меня не станет?»

А вообще я благодарна судьбе, что мне был дан именно такой сын. Благодаря ему, я стала более зрелой и занимаюсь тем, чем занимаюсь. И стала верить в то, что человеческие возможности безграничны. Я готова делиться опытом, помогать, обнадеживать, но давно поняла, что не буду лезть с советами и помощью, пока человек не будет готов это воспринять.

www.7ya.ru

Еще по теме:

  • Стресс синдромы свиней Стресс-синдром у свиней (ССС) Стресс-синдром у свиней (ССС), сердечный паралич, миопатия, некроз длиннейшей мышцы спины (PSE - синдром) – патологическое состояние, характеризующееся миопатией, некрозом спинных мышц или параличом сердца. К стресс-синдрому предрасположены свиньи мясных и […]
  • Снятие стресса на предприятиях Снятие стресса на предприятиях Как ПОБЕДИТЬ СТРЕСС на работе РАЗ и НАВСЕГДА? Бывает такое состояние, как будто страшно устал уже с утра, спишь и не можешь выспаться, отдыхаешь, но не можешь расслабиться, все и всё раздражает, мысли и чувства путаются. При современном ритме жизни, в […]
  • Великая депрессия золото Конфискация золота в США во время Великой депрессии В разгар Великой депрессии президент США Ф. Рузвельт решился на крайние меры (за что его очень сильно критиковали). Он приказал (указ 6102 от 5 апреля 1933) конфисковать часть золота, имеющего форму монет и слитков, у населения и […]
  • Синдром дауна кариотипа Вопрос по анализу на кариотип: болезнь или синдром дауна? уля2: Подробно вопрос о кариотипе и типах синдрома Дауна рассматривается и обсуждается здесь: http://downsyndrome.borda.ru/?1-1-40-00000031-000-0-0-1230646216 Модератор не знаю где можно задать этот вопрос решила здесь ,можно ли […]
  • Как влияет стресс на организм животного Как влияет стресс на организм животного На протяжении всей жизни организм животного подвержен влиянию многих факторов, способных вызвать стресс. По данным многих исследований стрессовое состояние животного на 70 - 80 % зависит от кормления и содержания и лишь на 20 - 30 % от […]
  • Из за чего бывает заикание Это статья №4 из серии "Нарушения развития речи у детей и их коррекция" Заикание (логоневроз) - это нарушение темпа, ритма, плавности речи, вызываемое судорогами мышц речевого аппарата. При заикании в речи наблюдаются вынужденные остановки или повторения отдельных звуков и слогов. […]